Энергетический переход Туркменистана: текущее состояние и тенденции

Обсуждение развития возобновляемых источников энергии в Туркменистане все в большей степени формируется под влиянием международных климатических обязательств, региональных энергетических тенденций и внутренней структуры экономики страны. В отличие от ряда соседних государств, Туркменистан рассматривает "зеленую" энергетику не как альтернативу своей углеводородной модели, а как дополнительное направление, ориентированное на повышение эффективности, диверсификацию и выполнение международных климатических требований.

Что касается вовлеченности в международную климатическую повестку, Туркменистан проделал конкретные шаги с периода обретения независимости. Страна ратифицировала Рамочную конвенцию ООН об изменении климата в 1995 году, Киотский протокол - в 1998 году, а Парижское соглашение - в 2016 году, взяв на себя обязательства по ограничению глобального роста температуры значительно ниже 2°C с усилиями по достижению уровня 1,5°C.

В обновленном Национально определяемом вкладе, представленном в январе 2023 года, Туркменистан заявил о безусловном сокращении выбросов парниковых газов на 20% к 2030 году по сравнению с уровнем 2010 года в сценарии "business as usual". В 2010 году совокупные выбросы страны составляли около 66,4 млн тонн CO₂-эквивалента, при этом энергетический сектор формировал порядка 85% всех выбросов. Документ охватывает энергетику, транспорт, промышленность, сельское хозяйство и обращение с отходами, делая акцент на разделении экономического роста и роста выбросов за счет энергоэффективности и низкоуглеродного развития.

Дополнительно Туркменистан присоединился к ряду международных инициатив. В декабре 2023 года страна подписала Глобальное метановое обязательство, что имеет особое значение с учетом доминирующей роли природного газа в экономике. Туркменистан также является стороной Кигалийской поправки к Монреальскому протоколу по поэтапному сокращению гидрофторуглеродов и поддерживает Глазговскую декларацию по лесам и землепользованию. Базовым документом для реализации климатических обязательств остается Национальная стратегия по изменению климата, принятая в 2019 году.

В соседних с Туркменистаном странах Центральной Азии в последние годы наблюдается более ускоренное развитие возобновляемой энергетики, хотя стартовые позиции существенно различались. Казахстан стал региональным лидером: в 2023 году доля ветровой и солнечной энергии приблизилась к 5% выработки электроэнергии. В стране законодательно закреплена цель углеродной нейтральности, действует система торговли выбросами, а к 2030 году планируется довести долю ВИЭ до 15%.

Узбекистан демонстрирует наиболее быстрые темпы роста. С 2022 года в стране введено около 2,5 ГВт солнечных и ветровых мощностей, а целевые показатели повышены до 27 ГВт установленной мощности и 40% "зеленой" электроэнергии к 2030 году. Реализуются крупные проекты в области солнечной генерации, ветропарков и систем накопления энергии.

Кыргызстан и Таджикистан в большей мере полагаются на гидроэнергетику, которая обеспечивает 76-88% их электроэнергии. Основное внимание уделяется расширению гидромощностей, снижению сезонных дефицитов и развитию трансграничной торговли электроэнергией в рамках Объединенной энергосистемы Центральной Азии.

На этом фоне развитие ВИЭ в Туркменистане остается ограниченным, однако региональные тенденции формируют ожидания постепенного сближения подходов, прежде всего, в сфере солнечной и гибридной генерации.

На данный момент природный газ формирует около 88% первичного энергоснабжения, оставшаяся часть приходится главным образом на нефтепродукты. В 2023 году объем производства электроэнергии достиг почти 31,9 млрд кВт·ч, при этом практически вся генерация обеспечивалась газовыми электростанциями. Доля возобновляемых источников энергии остается незначительной. По имеющимся данным, ВИЭ обеспечивали около 0,1% конечного энергопотребления с 2021 по 2023 годы. При этом внутренние потребности энергетики постепенно растут. В 2024 году энергопотребление на душу населения достигло около 5,7 тонны нефтяного эквивалента. Развитие инфраструктуры и промышленности усиливают нагрузку на систему, что делает вопросы энергоэффективности и экономии газа все более актуальными.

В этом контексте правовая основа развития ВИЭ была заложена с принятием закона Туркменистана "О возобновляемых источниках энергии" 13 марта 2021 года, включая поправки к нему, принятые в ноябре 2023 года. Документ регулирует производство, преобразование, накопление, распределение и потребление энергии, получаемой из солнечных, ветровых, гидро-, геотермальных источников, а также биомассы и биогаза.

Практическая реализация политики в сфере ВИЭ в Туркменистане сосредоточена на пилотных и гибридных проектах. Ключевым примером является строящаяся солнечно-ветровая электростанция мощностью 10 МВт в городе Гызыларбат Балканского региона.

Параллельно ведется подготовка к реализации проекта солнечной фотоэлектрической станции мощностью 300 МВт в городе Керки в Лебапском регионе, а также реализуются проекты по повышению эффективности - модернизация парогазовых установок в Ахалском и Дашогузском регионах, что позволит экономить до 500 млн кубометров газа ежегодно. Гидроэнергетика в Туркменистане представлена Марыйской гидроэлектростанцией, введенной в эксплуатацию в 2018 году.

Международные финансовые институты и организации рассматривают развитие ВИЭ в Туркменистане, прежде всего, в контексте сокращения выбросов и повышения энергоэффективности. ПРООН и другие структуры ООН оценивают национальные проекты в этой сфере как относительно амбициозные, ожидая от Ашхабада их выполнения за счет внутренних ресурсов при международной поддержке в сфере мониторинга, отчетности и адаптации.

Всемирный банк, АБР и ЕБРР подчеркивают необходимость диверсификации энергетического баланса, снижения зависимости от газа и модернизации инфраструктуры. Финансирование и техническая помощь, включая средства Глобального экологического фонда в объеме около 15 млн долларов, направляются на институциональное развитие и внедрение низкоуглеродных технологий.

Соседние страны ожидают от Туркменистана более активного участия в региональных климатических и энергетических инициативах, включая сокращение выбросов метана, повышение эффективности использования газа и развитие энергетического сотрудничества в рамках региональных программ.

Обмен опытом с соседними странами, участие в международных профильных платформах и последовательное развитие национальной правовой базы свидетельствуют о стремлении Туркменистана к поэтапной синхронизации своих энергетических показателей с региональными тенденциями в Центральной Азии.